Информационно-аналитические материалы Государственной Думы

НИР Опыт строительства союзного государства Белоруссии и России для развития евразийской интеграции

1.3 Политические факторы создания и развития Союзного государства Белоруссии и России

Особенностью межгосударственного диалога Белоруссии и России с самого начала их раздельного суверенного существования являлись именно интеграционные проекты, обусловленные объективными предпосылками. Рассматриваемые государства в равной степени, хотя и по разным причинам, заинтересованы в тесном сотрудничестве. Белорусское государство находится в зависимости от России как поставщика энергоресурсов, рынка сбыта готовой продукции, а с некоторого времени и источника поддержки на международной арене. Российская Федерация, в свою очередь, нуждается в Белоруссии, поскольку это государство всегда имело для России стратегическую значимость, являлось важнейшим партнером и союзником на западном направлении. К этому следует добавить историческую общность двух народов, длительное время существовавших в рамках единой государственности.

Зарождение интеграционных тенденций в белорусско-российских отношениях, как правило, связывают с именами президентов А.Г. Лукашенко и Б.Н. Ельцина. Некоторые аналитики и исследователи выделяют, так называемый, период «кебичевской интеграции», когда председателем Совета Министров Республики Беларусь В. Ф. Кебичем предпринимались попытки создать денежную унию с соседней Россией и образовать общее оборонное пространство в рамках Договора о коллективной безопасности[1]. Начинания В. Ф. Кебича могли бы стать мощным импульсом для белорусско-российской интеграции, но не получили своего развития. Отчасти это объясняется тем, что политические элиты, оказавшиеся у власти молодых государств постсоветского пространства, считали сотрудничество с другими республиками бывшего СССР невыгодным, несвоевременным и зачастую неперспективным. Кроме того, сказывался на политическом развитии постсоветского пространства и фактор Запада.

В известном смысле, главной стратегической задачей западных стран являлось утверждение «геополитического плюрализма» на территории бывшего СССР и, соответственно, предотвращение укрепления в этом регионе позиций России. Оказание финансовой поддержки молодым государствам в тот момент стало основным инструментом реализации подобных стратегических задач. Так, в начале 90-х гг. американский капитал проникает в экономику бывших союзных республик, в частности в экономику Белоруссии.

Отдельные исследователи считают, что налаживание прямых контактов между США и суверенными республиками постсоветского пространства стали возможны не столько вследствие решительных шагов США в этом направлении, сколько в результате действий самих республик, продемонстрировавших неспособность создать прочный экономический союз[2].

Как бы то ни было, но особенностью внешнеполитического курса Белоруссии в начале 90-х гг. являлось заигрывание и с Западом, и с Востоком. Председатель Президиума Верховного Совета Белоруссии С. С. Шушкевич отстаивал политическую ценность нейтрального статуса для республики, обращая внимание на заинтересованность в этом всех ее соседей, и прежде всего самой России[3].

Таким образом, в начале 90-х в Белоруссии отдельные политики предпринимали попытки на принципиально новых началах - принципах суверенности - поддерживать тесное сотрудничество с Российским государством, представлявшееся жизненно необходимым для республики, другие - напротив, высказывались о целесообразности нейтрального статуса и многовекторного внешнеполитического курса для Белоруссии.

К тесным союзническим отношениям не были готовы и в России. Российская политическая элита, видимо, не имела четкой стратегической линии в отношении стран-участниц СНГ. Так называемая «праволиберальная политическая группировка» заявляла, что «период внутреннего развития, решения внутренних проблем, проведения приватизации, экономических реформ не закончен, не завершен в России», поэтому «нет необходимости в государственном объединении России и Белоруссии» и «в лучшем случае речь может идти о взаимовыгодной торговле»[4].

С середины 90-х гг. интеграция становится лейтмотивом межгосударственных белорусско-российских отношений. Тесное сотрудничество между двумя государствами, вероятно, стало возможно вследствие того, что и в Белоруссии, и России происходит пересмотр собственных позиций на международной арене. Как известно, в белорусской внешней политике постепенно наблюдается отход от нейтралитета и многовекторности в сторону «восточного внешнеполитического измерения». Критика западных политиков относительно проводимых в республике преобразований только способствовала ускорению этого процесса.

В Российском государстве к этому времени стало очевидно, что дипломатия, ориентированная преимущественно на «стратегическое партнерство» с США и европейскими государствами, делает второстепенными другие направления сотрудничества. Исследователь В. И. Михайленко отмечает, что пересмотр действий Российской Федерации на международной арене был обусловлен, с одной стороны, «разочарованием либерально-демократических романтиков перед жестокой реальностью мировой политики, где фактор силы в межгосударственных отношениях никто не отменял», а с другой - «массированным давлением быстро восстанавливавшей свое влияние в правящей элите советской номенклатуры второго эшелона, приходившей с реваншистскими имперскими идеями и ценностями» [5].

По мере того как в обоих государствах менялось представление о новом международном порядке и собственных позициях в нем, сближение Белоруссии и России в глазах соответствующих политических элит находило все большее признание.

Второго апреля 1996 года между двумя государствами была достигнута договоренность об образовании Сообщества России и Белоруссии. В целом аналитики обращают внимание на то, что она носила «политико-конъюнктурный, тактический характер». С такой характеристикой документа, учитывая политические сложности, которые были вынуждены решать руководители Белоруссии и России, вполне можно согласиться, но вместе с тем важно отметить, что Договор о Сообществе России и Белоруссии не предполагал полного единения. Стороны, подписавшие документ, таким образом, выражали намерения в будущем выйти на новый уровень взаимоотношений и создать Союз с «повышенной степенью интеграции».

В 1997 году в России рассматривались три возможных сценария сближения: 1) заключение договора о конфедеративном объединении двух государств, что предполагало бы единое гражданство, создание наднационального парламента, постепенную унификацию экономик и создание общего военно-стратегического пространства;

2) завершение правового оформления Сообщества - закрепление и развитие уже сложившихся отношений в рамках Сообщества;

3) образование единого государства[6].

Последний, самый радикальный, вариант мог быть реализован либо в форме объединения Белоруссии и Российской Федерации в Союзное государство, либо путем вхождения белорусского государства в российское. В этом случае предполагался отказ Белоруссии от полного государственного суверенитета и независимости и вхождение ее на правах одного или нескольких субъектов в состав Российской Федерации. А. Г. Лукашенко, выражая мнение большинства, заявил, что необходимо придерживаться «цивилизованных методов» интеграции и что объединение «может происходить только на основе юридического равенства» [7].

В своей политической деятельности Б. Н. Ельцин и А. Г. Лукашенко неоднократно обращались к идее интеграции. Исследователи считают, что «...Ельцина, видимо, тяготила роль, сыгранная им в процессе ликвидации СССР, и он хотел о себе оставить иную память»[8]. Белорусский лидер, в свою очередь, посредством «особых» взаимоотношений с Россией стремился решать трудности экономического и политического порядка.

Однако чем бы ни руководствовались высшие должностные лица Белоруссии и России, интеграция отвечала национальным интересам и укрепляла позиции обоих государств в мире. Во-первых, вследствие российско-белорусского стратегического партнерства существенно ослабляется геополитическое значение Украины как буферного государства, снижаются ее экономические (связанные с прохождением нефте- и газопроводов) и политические возможности в выстраивании межгосударственного диалога с Россией. Во-вторых, нейтрализуется геополитическая угроза, связанная с реализацией проекта «санитарного кордона от Балтики до Черного моря».

Белоруссия, в свою очередь, крайне заинтересована в особых отношениях с Россией, поскольку они способствуют укреплению позиций Белоруссии в славянском мире и на всем постсоветском пространстве, помогают решать ей проблемы экономического порядка, связанные с обеспечением республики углеводородным сырьем.

С подписанием Договора о Союзном государстве России и Белоруссии продолжился процесс интеграции с целью создания союзного государства по типу конфедерации. С приходом к власти в России В. В. Путина в политической практике взаимоотношений России с бывшими союзными республиками стал проявляться определенный прагматизм. Новое российское руководство высказало пожелание сделать более конкретные шаги в строительстве единого государства.

В августе 2002 года российская сторона предложила свое видение возможного развития союзного строительства. Некоторые белорусские исследователи полагают, что это было сделано с целью «формализовать процесс интеграции, заставить Лукашенко четко и ясно зафиксировать свои предложения» [9]. Один из вариантов развития российско-белорусских взаимоотношений предполагал создание союзного государства путем полного и безоговорочного присоединения Белоруссии к России, то есть создание новой формы федерации на основе Российской Конституции. Причем российский президент предложил не только конкретную форму, но и сроки реализации данной модели объединения. В мае 2003 г., по мнению В.В. Путина, надлежало провести референдум в обоих государствах, на котором российский и белорусский народ должны были высказаться, согласны ли они, «чтобы в едином государстве было обеспечено равенство свобод и прав граждан России и Белоруссии; равенство в решении государственных вопросов; созданы единые органы власти на основе Конституции России». Затем, если и российский, и белорусский народ высказался бы положительно по всем вопросам, выносимым на референдум, следовало в декабре 2003 года провести выборы в парламент вновь созданного государства, и в марте 2004 года провести выборы президента единой страны.

Кроме того, российское руководство высказало предположение, что развитие российско-белорусских взаимоотношений возможно по типу интеграции в Европейском Союзе, а также на основе положений Договора о Союзном государстве, назвав первые два варианта «наиболее логичными и далеко идущими» [10].

Политические предложения российской стороны белорусское руководство расценило как абсолютно неприемлемые. А. Г. Лукашенко заявил, что «даже Ленин и Сталин не додумались до того, чтобы раздробить республику и включить в состав СССР»[11].

Таким образом, отношения между Белоруссией и Россией в тот момент осложнились тем, что стороны по-разному представляли, как должны строиться и развиваться межгосударственные отношения. Вместе с тем в этих отношениях наступил «момент истины», продемонстрировавший реальную готовность сторон к объединению.

Сегодня ни одна из сторон не отказалась от интеграции и строительства Союзного государства, лидеры обеих стран говорят о существовании «особых» межгосударственных отношений. Вместе с тем сохраняется целый ряд нерешенных правовых проблем, порождающих трудности на практике в торговых, валютных отношениях. Политические элиты продолжают дискутировать о приоритетности внутригосударственного или союзного законодательства, с конца 90-х гг. идет работа над Конституционным Актом, который должен стать правовой основой Союзного государства. При этом оба государства, несмотря на очевидную значимость стратегического партнерства и важность союзного строительства, стремятся сохранить для себя возможность для политического маневра там, где он выгоден одной стороне и, мягко говоря, не учитывает интересы другой. Представляется, что если такой подход будет преобладать в белорусско-российских межгосударственных отношениях и впредь, то еще долгое время создание Союзного государства так и останется предметом теоретических измышлений.



[1] Затулин К.Ф. Усилия по созданию Союзного государства нельзя ослаблять // Официальный сайт К. Ф. Затулина: http://www.zatulin.ru.

[2] Богатуров А.Д., Дребенцов В. В., Исакова И. В., Кобринская И. Я. Вашингтон и постсоветские государства // США. Экономика. Политика. Идеология. 1994. № 3.

[3] Степаненко О. Беловежский синдром // Правда. 1993. 2 июня.

[4] Затулин К.Ф. Усилия по созданию Союзного государства нельзя ослаблять // Официальный сайт К. Ф. Затулина: http://www.zatulin.ru.

[5] Михайленко В.И. История внешней политики Российской Федерации: больше вопросов, чем ответов // Судьба России: вектор перемен: материалы междунар. науч. конф. Екатеринбург-Москва: Академический проспект, 2007. С. 541 .

[6] Румянцев О. Интеграция России и Белоруссии: необходимость и возможности // Независимая газета. 20.03.1997.

[7] Лукашенко А.Г. Необходима воля к конкретным действиям // Содружество НГ. 1997. № 1.

[8] Шевцова Л.Ф. Режим Бориса Ельцина. М.: РОССПЭН, 1999. С. 535.

[9] Карбалевич В. Белорусско-российская интеграция как форма политической борьбы. http://www.strategy.by.com/docs/2003/Karb.htm.

[10] Российская газета. 15.08.2002.

[11] Независимая газета. 15.08.2002.