Информационно-аналитические материалы Государственной Думы

АВ 2009г. Выпуск 12 Актуальные проблемы формирования системы национальной и региональной безопасности


6. ГЛОБАЛЬНАЯ И РЕГИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ В НАЧАЛЕ XXI ВЕКА

_________________________
См.: Выступление Секретаря Совета Безопасности Российской Федерации Сергея Иванова на 37-й конференции по проблемам международной безопасности по теме: Глобальная и региональная безопасность в начале XXI века . Мюнхен, 4 февраля 2001 г. // http://www.nasledie.ru/politvne/18_17/article.php?art=0
     Благодарю организаторов конференции за приглашение выступить на таком важном форуме и предоставленную возможность изложить видение Россией проблем глобальной и региональной безопасности. Для меня большая честь, что именно российскому представителю выпало право открыть восточную часть нашей конференции. Я вижу в этом и определенное символическое значение, признаваемое международным сообществом.
     Россия по составу населения, духу, культуре, преобладающим религиям - европейская страна. Но две трети ее территории и основная часть экономического потенциала находятся в Азии. Поэтому мы исходим из постулата Евразийского положения России, ее роли естественного моста между Европой и Азией, между двумя цивилизациями, которую наша страна выполняет уже не одно столетие.
     В этой связи Россия и дальше намерена проводить многовекторную политику на международной арене, контуры которой я постараюсь обозначить в своем выступлении. Мы также исходим из осознания особой ответственности России по Уставу ООН за поддержание безопасности, как на глобальном, так и на региональном уровнях.
     Мировое сообщество вступает в XXI век, переживая трансформацию биполярного мира, основанного на идеологическом соперничестве и военной конфронтации. На смену ему приходит новая архитектура многополярного мироустройства. Ее контуры уже приобретают отчетливые очертания, но процесс становления далеко не завершен. Он развивается непросто, порой противоречиво, подвергается серьезным испытаниям на прочность.
     Мы убеждены, что в исторической перспективе многополярному миру нет альтернативы. Именно сочетание усилий, а где необходимо - распределение ролей между отдельными, динамично развивающимися полюсами мирового сообщества создадут оптимальные предпосылки для устойчивого развития, обеспечения глобальной стабильности и безопасности.
     Речь идет, прежде всего, о примате международного права, о сохранении системы ООН, наиболее значимых международных и региональных институтах. Принципы Устава ООН, хотя их разработка завершилась более полувека назад, сохраняют актуальность и должны быть компасом для взаимодействия отдельных полюсов, для международного общения.
     В новой обстановке ООН могла бы выполнять функции координации и гармонизации деятельности и региональных организаций и объединений. Мы особо ценим роль ООН в урегулировании кризисных ситуаций и международных конфликтов. Нельзя руководствоваться какими бы то ни было гуманитарными соображениями для оправдания вмешательства во внутренние дела других государств без санкции ООН и ее Совета Безопасности.
     В свое время, в начале XX века американский президент В.Вильсон провозгласил доктрину право выше силы , означавшую курс на международное примирение и согласованные действия. Ее тогда поддержали все ведущие государства, но проводилась она непоследовательно, что привело к новым глобальным трагедиям. Сейчас, мы уверены, этот принцип является единственно возможным для безопасного вступления человечества в XXI век, который обещает быть отнюдь не легким.
     Формирование многополярности делает все более актуальной задачу реформирования и адаптации механизмов ООН применительно к новым условиям. И решать ее нужно динамично, не откладывая дело в долгий ящик.
     Ключевым фактором, определяющим международную безопасность в начале XXI века, мы считаем поддержание стратегической стабильности.
     Цементирующей основой структуры стратегической стабильности является Договор по ПРО 1972 года. Логика Договора состояла все эти годы в отражении объективной взаимосвязи между стратегическими наступательными и оборонительными вооружениями. Этот Договор дал возможность для предсказуемости в ядерной области и продвижения по пути ядерного разоружения, причем не только для СССР и США, но и для всего мира. Его ценность, по нашему мнению, ничуть не уменьшилась за почти три десятилетия. Более того, она признается большинством государств мира, что показывает голосование в ООН.
     Мы против планов США по созданию системы ПРО национальной территории страны (НПРО) не только по национальным соображениям (свой, российский, ответ мы при необходимости найдем). Эти планы в первую очередь подрывают фундамент глобальной стратегической стабильности. Развертывание НПРО по определению лишала бы Договор по ПРО смысла. А его разрушение, по нашему убеждению, приведет к слому всей структуры стратегической стабильности, создаст предпосылки новой гонки вооружений, в том числе, в космосе. Как справедливо вчера отметил канцлер Шредер, при принятии решения по развертыванию НПРО необходим комплексный учет характера технических аспектов и последствий для международной стабильности. Согласен и сенатором Маккейном, что эта проблема касается не только США и России, но и стран НАТО. К этому списку я бы добавил, прежде всего, Китай.
     А обуздание т.н. государств-изгоев (по американской терминологии) гораздо эффективнее по затратам и последствиям решать совместными политическими усилиями. Ситуация с Северной Кореей - наглядный тому пример.
     В складывающейся ситуации Россия предлагает мировому сообществу альтернативную программу действий по укреплению стратегической стабильности, ядерного разоружения и ракетного нераспространения, которая была изложена в Заявлении Президента В.В.Путина 13 ноября 2000 года. Она обращена ко всем государствам, и в первую очередь к Соединенным Штатам, с которыми мы открыты для диалога по всему спектру вопросов разоруженческой проблематики.
     Ожидаем, что США последуют нашему примеру и ратифицируют Договор СНВ-2, пакет нью-йоркских договоренностей 1997 года к Договору по ПРО и Договор о всеобщем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ).
     При условии сохранения Договора по ПРО Россия готова к обоюдным с США радикальным сокращениям стратегических наступательных вооружений (СНВ) до 1500 боезарядов и даже ниже этого уровня. Мы готовы также немедленно начать официальные переговоры с США по СНВ-3.
     В целях сдерживания и ограничения ракетного распространения Россия выдвинула концепцию Глобальной системы контроля за нераспространением ракет и ракетных технологий (ГСК). 15 февраля 2001 г. в Москве мы проводим вторую международную встречу экспертов по этой проблематике.
     В апреле 2001 г. в Москве планируем собрать Международную конференцию по предотвращению милитаризации космического пространства. Такая конференция призвана дать импульс совместным усилиям государств, направленным на сохранение космического пространства свободным от оружия любого рода. Эта проблема давно назрела.
     Новым конкретным шагом в направлении укрепления международного режима нераспространения ядерного оружия явилась провозглашенная 6 сентября 2000 г. Президентом России В.В.Путиным на Саммите тысячелетия ООН инициатива по энергетическому обеспечению устойчивого развития человечества, кардинальному решению проблем нераспространения ядерного оружия.
     В частности, предлагается разработать устойчивые в отношении нераспространения ОМУ технологии для использования в топливном цикле АЭС. В качестве первого шага мы предлагаем принять международное обязательство о запрещении производства расщепляющихся материалов в оружейных целях.
     Важным средством гармоничного достижения целей нераспространения является экспортный контроль. Участие в международных режимах экспортного контроля и их совершенствование - принципиальная позиция России. При этом мы исходим из того, что экспортный контроль не должен быть инструментом политического давления или вести к необоснованным ограничениям доступа к передовым технологиям и законным средствам самообороны.
     Говоря о региональных составляющих международной безопасности, хотел бы начать с Азии. В числе основных форумов поддержания стабильности и безопасности, в том числе, экономической, в этом крупнейшем и наиболее динамично развивающимся в мире регионе следует назвать Азиатско-Тихоокеанский экономический форум (АТЭС) и Ассоциацию стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Они являются весомыми центрами силы как в Азиатско-Тихоокеанском регионе, так и в глобальном масштабе. Входящие в них государства, имеют существенный потенциал для наращивания своего влияния на ход международного развития. Это еще раз доказал недавно прошедший саммит АТЭС в Брунее.
     Мы последовательно выступаем за укрепление сотрудничества в решении глобальных проблем с такими крупными державами как Китай, Индия, Япония. Уверены, что они будут существенным образом определять облик XXI века.
     Конечно, для России как и любой другой страны с точки зрения безопасности и развития приоритетной является обстановка в ее непосредственном окружении. Прежде всего, нашей заботой является эволюция отношений в рамках Содружества Независимых Государств (СНГ).
     Должен откровенно признать, что за истекший год произошло определенное переосмысление основных направлений российской политики в СНГ. Отправной точкой для этого стал вывод о том, что ускоренное развитие Содружества в полноценное интеграционное объединение в ближайшей перспективе невозможно. Это и поставило нас перед дилеммой - продолжать ли рассматривать интеграцию на постсоветском пространстве как абсолютную ценность, оправдывающую едва ли не любые затраты и уступки партнерам, либо перейти к более трезвому и прагматическому курсу. Сделать выбор было непросто, особенно учитывая ту цену, которую мы уже заплатили за проведение прежнего курса. Задолженность стран СНГ перед Россией только по государственным кредитам с учетом просроченных платежей по процентам составляет более полутора миллиардов долларов. Общая же сумма задолженности, с учетом долгов перед российскими хозяйствующими субъектами и бюджетными организациями составляет более 5 млрд. 600 млн. долларов. В результате выбор был сделан в пользу обеспечения интересов национальной безопасности России, прежде всего, через развитие двухсторонних отношений со странами СНГ.
     Сразу подчеркну, что мы при этом не отказываемся и от многосторонних форм сотрудничества, от интеграции в рамках СНГ. Нельзя ведь утрачивать и видение перспективы. Но многостороннее взаимодействие для нас не может стать самоцелью. Оно должно вырастать органично и постепенно, без форсирования событий, а как ответ на конкретные вызовы, которые целесообразно решать вместе.
     С теми из партнеров, кто проявляет соответствующую готовность, мы развиваем более тесное сотрудничество. В то же время с пониманием и без ревности относимся к более сдержанной в этом вопросе позиции ряда лидеров стран СНГ. Любое взаимодействие должно быть взаимовыгодным, иначе оно может породить новые противоречия. А желающие увидеть в действиях России на пространстве СНГ так называемые имперские замашки , к сожалению не перевелись. Наиболее характерным примером таких обвинений являются события, связанные с временным прекращением подачи газа в Грузию, когда наши решительные действия по пресечению деятельности группы международных мошенников, пытавшихся продавать ворованное топливо по демпинговым ценам, некоторые политики пытались подать как образец неприкрытого политического давления на официальный Тбилиси. Никакой политики в наших действиях не было, была естественная защита экономических интересов России. Подобным же образом мы намерены поступать и в дальнейшем, защищая интересы, как государства, так и конкретных российских фирм вне зависимости от их форм собственности и не только на постсоветском пространстве.
     Именно в сочетании общеинтеграционных устремлений с активизацией двусторонних связей и заключается суть обновленной модели поведения России в рамках СНГ. В этом суть многоуровневой и разноскоростной интеграции.
     К сожалению, конец XX века привел нас к столкновению с новыми угрозами: ростом международного терроризма, агрессивного национализма, сепаратизма и других форм экстремизма, разрастанием этнополитических конфликтов и кризисов.
     Борьба с ними уже воплощается в российских усилиях и совместном противодействии большинства государств СНГ международному терроризму в Центральной Азии и на Кавказе. Терроризм - это общемировая боль, и невольно напрашивается аналогия, что Россия, которая сейчас находится на передовом крае борьбы с международным терроризмом в Чечне и Центральной Азии, спасает цивилизованный мир от террористической чумы так, как она спасла Европу от татаро-монгольского нашествия в XIII веке за счет своих страданий и лишений.
     Государства-участники СНГ понимают, что противодействие скоординированным акциям со стороны экстремистов требует согласованных политических действий всех государств Содружества. Следствием этого стало решение Совета глав государств СНГ о создании Антитеррористического центра (АТЦ) СНГ и выработке соответствующей межгосударственной программы борьбы с терроризмом и иными проявлениями экстремизма на 3-х летний период, которая была принята в июне 2000 г.
     Существенную роль играет антитеррористическая составляющая и в деятельности стран-участниц Договора о коллективной безопасности от 15 мая 1992 г. Это Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия и Таджикистан. Образован Комитет секретарей Советов Безопасности, который занимается вопросами координации. Ведется работа по созданию систем коллективной безопасности на основных географических направлениях. Особое внимание уделяется центрально-азиатскому региону. Важным моментом здесь станет реализация национальных планов создания сил быстрого развертывания, на которые будут возложены и антитеррористические функции.
     Возрастание активности терроризма и исламского экстремизма в регионе напрямую связано с обстановкой в Афганистане, территория которого давно стала плацдармом международного терроризма, наркотрафика, контрабанды оружия и т.д. По нашим данным, поддерживаемые Пакистаном талибы создали в Афганистане порядка 30 лагерей, в которых проходят подготовку боевики из центрально-азиатских, арабских, европейских стран. А о тесном сращивании международного терроризма с организованной преступностью и наркобизнесом свидетельствует хотя бы тот факт, что только в 2000 году российскими пограничниками изъято более трех тонн наркотиков, которые контрабандисты пытались переправить через афгано-таджикскую границу. И немалая часть их предназначалась и для Европы.
     Мы готовы к самому тесному сотрудничеству в борьбе с глобальной угрозой терроризма, от которой не укрыться в национальных квартирах. Сегодня дуга терроризма протянулась не только до Центральной Азии и Филиппин, но его угрожающее дыхание чувствует на себе и Европа.
     В условиях растущей глобализации международной жизни Европа, конечно, сохраняет для России особое положение. И Россия объективно сохраняет для Европы особую роль. Так уж, видно, предопределил Бог.
     Наиболее острый сегодня вопрос для Европы - это ситуация на Балканах. Вновь, как и почти сто лет назад, мы с полным основанием можем говорить о пороховой бочке Европы , а также о том, что история учит людей только тому, чему они сами хотят учиться.
     Непоследовательность в соблюдении основных положений международного права, принципов суверенитета, неприменения силы или угрозы силой привели к образованию на Балканах обширного региона длительной нестабильности. До сих пор не удается обуздать центробежные тенденции в Косово, Черногории, а в последнее время и на юге Сербии.
     Мы считаем, что принципиально важно сохранить территориальную целостность Союзной Республики Югославия, противодействовать расчленению этого государства. Это было бы чревато возникновением общебалканского конфликта со всеми его непредсказуемыми последствиями.
     События на Балканах продемонстрировали недостаточную эффективность действующих европейских институтов, специализирующихся в вопросах безопасности, для урегулирования кризиса. Дискуссия в этом зале показывает, что необходим диалог по оценке не только политических, но и социально-экономических и экологических последствий использования антикризисных механизмов на Балканах. Их применение привело к экологическому бедствию, сопоставимому по своим последствиям с чернобыльской катастрофой. И это не просто громкие слова. Применение более 30 тысяч урановых боеприпасов привело к рассеиванию более 10 тонн обедненного урана в виде радиоактивной и токсичной пыли, попадание которой в дыхательную систему и пищеварительный тракт может вызвать возникновение онкологических заболеваний и нарушение иммунной системы. Сюда следует добавить более 3 тысяч тонн щелочи, 800 тонн соляной кислоты, 1000 тонн этилхлорида, многие тысячи тонн нефти и нефтепродуктов, попавших в Дунай. Без сомнения, устранение последствий этой катастрофы очень дорого обойдется всем нам.
     Европа относится к регионам мира, где дестабилизация обстановки чревата катастрофическими последствиями не только регионального, но и глобального свойства. Поэтому любые действия здесь должны быть тщательно продуманы и согласованы в международном масштабе. Как говорит российская поговорка семь раз отмерь, один отрежь , а в Европе это отмерь нужно делать семь раз по семь .
     Именно поэтому мы, имеющие и свой печальный опыт по урегулированию ситуации на Северном Кавказе, выступаем за объединение именно политических усилий всех заинтересованных сторон в развязывании любых сложнейших узлов современности.
     Россия рассматривает строительство единой Европы, свободной от разделительных линий и вооруженных конфликтов, как один из ключевых факторов становления нового миропорядка. Важной составляющей этих усилий должно стать наше сотрудничество с Североатлантическим альянсом.
     Мы по-прежнему отрицательно относимся к планам расширения НАТО на восток. Эти намерения тем более трудно поддаются объяснению сегодня, когда Россия приступает к масштабному реформированию не только Вооруженных Сил, но и других ведомств, где предусмотрена воинская служба. К 2006 году общая численность так называемых силовых министерств и ведомств уменьшится на 568 тысяч человек, в том числе на 440 тысяч военнослужащих.
     Хотел бы подчеркнуть, что мы не рассматриваем НАТО как единственный фактор в создании европейской системы безопасности. Но мы и не отрицаем, что в этой системе НАТО должна занять подобающее место.
     Для России имеют приоритетный характер и отношения с Европейским союзом. Это зафиксировано в Концепции внешней политики Российской Федерации. Такие процессы, как расширение ЕС, становление общей внешней политики и политики безопасности Евросоюза, переход к единой валюте оказывают ощутимое влияние на международную обстановку в Европе и обращают на себя внимание во всем мире.
     Мы исходим из того, что формирующееся новые направления политики ЕС в области безопасности и обороны открывают новые, более широкие возможности сотрудничества между Россией и Европейским союзом.
     Считаем, что, с учетом новых военно-политических возможностей ЕС, диалог между Россией и Евросоюзом в области безопасности и обороны, наряду с аналогичным диалогом НАТО-Россия, мог бы быть продуктивным по тематике военного и гражданского управления кризисами, стратегической стабильности, разоружения, военно-технического сотрудничества, вопросов борьбы с терроризмом и нераспространения оружия массового уничтожения.
     В заключение своего выступления хотел бы кратко остановлюсь на вопросе о вступлении России во Всемирную торговую организацию (ВТО).
     Мы придаем очень важное значение присоединению к ВТО на приемлемых для нашей страны условиях и полноправному участию в системе регулирования мировой торговли.
     Россия внесла полный пакет документов, необходимых для переговоров по присоединению к ВТО. Намерены значительно активизировать переговорный процесс. Летом этого года начнется подготовка итогового Доклада Рабочей группы - документа, определяющего обязательства России при присоединении. Рассчитываем в основном завершить переговоры к концу 2001 года. Однако в присоединении к ВТО для нас главное не сроки, а условия присоединения, которые удастся выработать в ходе переговоров. Здесь необходим взаимовыгодный компромисс со странами-членами ВТО.
     Ведущие западные страны неоднократно заявляли о политической поддержке присоединения России к ВТО, в том числе в итоговых декларациях саммитов восьмерки и АТЭС. Надеемся, что наши основные торговые партнеры пойдут нам навстречу также и по ряду экономических аспектов присоединения.
     В этой связи не могу не затронуть одну деликатную тему о российских долгах и возникающих в этой связи моральных аспектах вопроса.
     Россия в начале 90-х годов, в самый трудный период перехода к демократии под угрозой отказа в кредитах была вынуждена взять на себя все обязательства по выплате долгов бывшего СССР. Хотя первоначально предполагалось, что, и другие государства СНГ будут нести свою долю финансового бремени. Соответственно мы ожидаем, что западные страны с пониманием отнесутся к нашим финансовым проблемам. Сегодняшний сбалансированный бюджет России - это результат нашей жесткой финансовой политики, при которой пенсии и средние зарплаты ниже прожиточного минимума, а 30% населения находятся за чертой бедности.
     Хотел бы напомнить, что с 1992 года только по задолженности бывшего СССР мы выплатили кредиторам более 18 млрд. долларов, в том числе 12,3 млрд. долларов - процентов и процентов по процентам. Значительную часть из этих выплат фактически составляют долги остальных республик бывшего СССР, которые ничего кредиторам не платят, а некоторые при этом и не отказываются от своей доли в зарубежных активах Советского Союза. Кроме того, в последнее десятилетие Россия фактически безвозмездно участвует в разрешении многих международных проблем, содействуя тем самым и устойчивому развитию ведущих мировых держав, входящих в восьмерку . Это и урегулирование конфликтов вокруг Ирака и Югославии, на Ближнем Востоке, вывод войск не только из Германии, но и из других стран Центральной и Восточной Европы, процесс нераспространения ОМУ и чувствительных технологий и многое другое.
     Россия нужна ведущим мировым державам как сила, позволяющая экономить свои ресурсы при ответах на многие вызовы нового времени. Поэтому полагали бы более продуктивным не припирать Россию к стенке по долговым вопросам, а вместе искать стратегический выход из сложившейся ситуации.
     Последнее время в нашей стране, да и за рубежом в политический лексикон прочно вошло понятие прагматизм. Но прагматизм - это не примитивная арифметика - как бы не отдать больше, чем получаешь. Здесь скорее надо вести речь о высшей математике. Ведь может получиться и так, - не желая поступиться выгодами сегодня, мы получим последствия, которые будут экономически затратными в будущем. И не только экономически. Ибо за политику, как известно, приходится платить.
     Сказанное наводит на мысль о некоторых противоречиях в концептуальном подходе Запада к тому, что происходит в России.
     С одной стороны - как выглядим мы на экранах западного ТВ: несовершенство государственного управления, правовой нигилизм. Ужасы нашего бытия - убийства, терроризм и хаос в финансово-экономической сфере, инвестиционный дефицит, массовое бегство капитала за границу.
     С другой - любые действия Президента по противодействию этим тенденциям кое-кто на Западе называет угрозой для демократии.
     Впору на сакраментальное Кто Вы, мистер Путин? задать встречный вопрос - А какая же Россия Вам нужна? . Где заканчиваются или ослабевают жизненно-важные интересы для одной страны, и где имеют право на существование жизненно-важные интересы других стран, включая Россию. И любое продвижение на этом направлении, даже самое начальное вызывает абсолютно необоснованное обвинение в имперских амбициях. Все это требует глубокого переосмысления и выхода на новую повестку дня не только для России. В такой же ситуации оказываются и многие другие страны Востока.
     Для нас это один из главных вызовов интересам национальной и международной безопасности на пороге XXI века, о котором всем нам следует подумать.
_________________________
См.: http://www.nasledie.ru/politvne/18_17/article.php?art=0